«Бесконечный Брахман проявляется во многих человеческих формах. Человеческие тела подобны наволочкам от подушек различной формы и разного цвета, но бумажная пряжа внутреннего Духа однородна. Когда джива («я») входит в этот Дух и становится частью его, тогда нет ни боли, ни страдания» Рамакришна
ГЛАВНАЯ
РОССИЯ - ИНДИЯ
В ИНДИИ
ЙОГА

ВЕДАНТА КЕШАРИ
ПРАБУДДХА БХАРАТА
ПЕРСОНАЛИИ
СОБЫТИЯ И ЛЮДИ
БИБЛИОТЕКА
mp3
АРХИВ

 

ЭКОНОМИКА
ОБЩЕСТВО
КУЛЬТУРА
ЭКОЛОГИЯ
ПРОИСШЕСТВИЯ
БРИКС - ШОС

 

О ПРОЕКТЕ
АРХИВ НОВОСТЕЙ
ENGLISH


 

 

 

 

 

 

 

 

ОГЛАВЛЕНИЕ Глава III. "Кабир грантхавали"  

 

          

 

 


                    Глава III. "Кабир грантхавали" и проблемы

                                               творческого наследия Кабира

 

 

     
      Важнейшей проблемой в изучении творчества Кабира оказывается определение аутентичности произведений, ныне функционирующих под его именем, и выделение из всей массы распространившихся по Северной Индии в устной или письменной форме версий подлинных сочинений Кабира.

 


      Проблема эта не нова. Она возникла вскоре после того, как пробудился литературоведческий интерес к Кабиру, и исследователям литературы хинди стало известно большое число ходящих под его именем произведений. Так, Кшитимохан Сен из «наследия Кабира» признает подлинно таковым лишь то, что передается изустно, и скептически относится к стихам, зафиксированным в рукописях [106]. Правда, трудно согласиться с его незыблемым доверием к устной традиции. Вряд ли можно полагать, что изустная передача могла бьпь настолько точной, чтобы сохранить в неизменности на протяжении четырех с лишним столетий форму стихов Кабнра. Кроме того, и при поверхностном ознакомлении этот материал обнаруживает некоторы явные лингвистические анахронизмы (обстоятельное его филологическое, и в частности историко-лингвистическое, исследование остается пока делом будущего). Мотивированные сомнения в аутентичности писменного наследия Кабира высказывают и авторы первых монографических исследований его зафиксированного в рукописях творчества: Г. Весткотт [122, 46] и Айодхъясинх Упадхъяй (Хариаудх) [57, 30—40]. Впоследствии эти сомнения становятся обычными для любого критически настроенного исследователя, однако, поскольку глубокое текстологическое исследование наследия Кабира сделало пока лишь первые шаги (1), до окончательного решения проблемы еще далеко.

 

 


                                    УСТНАЯ И ПИСЬМЕННАЯ ТРАДИЦИИ

 

 


      Все наследие Кабира членится по способу его передачи на два основных раздела: устную традицию и письменную традицию (2). К устной традиции относятся в первую очередь те стихи и гимны поэта, которые бытуют в среде его религиозных последователей - членов секты кабирпантх, число которых в начале нашего века перевалило за миллион человек, и передаются ими изустно из поколения в поколение. Сюда же следует отнести те стихотворные афоризмы, изречения и наставления, которые распространились далеко за пределами секты в широчайших массах крестьянского населения Северной Индии и в какой-то мере сомкнулись с фольклором. Такие произведения обычно весьма невелики по объему (преобладающие долю их составляют двустишия), но многочисленны.

 


      В письменную традицию включаются те обозначенные именем Кабира творения, которые либо были зафиксированы до начала текущего столетия в виде отдельных произведений, или в собраниях речений Кабира (например, «Биджак»), или в смешанных сборниках типа канонизированных священных книг того или иного религиозного течения или секты (например, «Адигрантх»), либо они входят в состав коллекций морально-этических наставлений (например, «Сабад-салок»), литературных антологий п т. п., а также различных "житий", "бесед" и прочих традиционных жанров дидактических компиляций. Объем подобной литературы достаточно велик. Одно лишь бенаресское общество «Нагари прачарини сабха» выявило среди обнаруженных в течение полувека (1901—1949) рукописей 140 различных произведении и сборников, приписываемых Кабиру (в это число, разумеется, не включаются отдельные стихи типа «сакхи» и «пада») [58, 23—25].

 


      Cтporo говоря, различие двух названных традиций чисто условное. Если согласиться с общепринятым традиционным представлением, что Кабир был неграмотен (а опровергать это у нас нет достаточных оснований), что его изречения и песни были записаны его учениками и последователями, причем нередко посмертно, придется признать принадлежность всего творческого наследия Кабира к устной традиции. В то же время едва ли правомерно исключать возможность влияния на современную устную традицию передачи творении Кабира традиции письменной, подобно тому как иногда в фольклоре наблюдается обратное воздействие литературных вариантов сказочных сюжетов на живое народное творчество. Таким образом, суть различия между устной и письменной традициями сводится к чисто хронологическому аспекту - к тому, когда были письменно зафиксированы устные в своей основе произведения. Естественно при этом, что уверенность в подлинности того пли иного произведении должна быть тем больше, чем раньше оно зафиксировано, т.е. чем меньший промежуток времени отделяет момент его записи от момента создания. При передаче из уст в уста представителями неграмотного или малограмотного и к тому же многодиалектного населения Северной Индии образцы «устной традиции» неминуемо должны были претерпевать определенную трансформацию под влиянием естественного языкового развития, затронувшего за истекшие четыре с лишним столетия некоторые стороны как звуковой, так и смысловой структуры стиха. Кроме того, нельзя недооценивать и субъективные факторы, ведущие к искажениям в передаче наследия Кабира.

 


      Следовательно, первоочередной задачей исследователя становится выявление и изучение старейших рукописен, содержащих произведения Кабира. Число же датированных рукописей невелико и большинство их относительно поздние, а о времени сооставления большей части существующих сборников можно судить преимущественно лишь по косвенным данным. В этих условиях важнейшее значение приобретает кропотливая текстологическая работа: всестороннее внутреннее исследование сохранившихся текстов и их сопоставление между собой. Первым этапом на этом пути должна быть классификация источников и общая оценка их значения для восстановления подлинных произведений Кабира.

 


     

                                    ТРАДИЦИЯ ДАДУПАНТХ И "КАБИР ГРАНТХАВАЛИ"

     

 

 

      В среде дадупантхов - приверженцев учения Даду (1544-1603), одного из последователей Кабира, - особенным авторитетом пользуется собрание творений пяти средневековых поэтов-сантов известное под названием «Панч-вани» ("Пять голосов"). Это собрание имеет хождение только в рукописном виде и распространено главным образом в Раджастхане. Оно состоит из пяти последовательных частей, каждая из которых содержит творения одного из авторов - Даду, Кабира, Намдева, Райдаса н Харидаса.

 


      Часть, принадлежащая Кабиру, составляет около одной седьмой сборника. Она включает произведения трех типов - сакхи, пады и рамайни, объединенные в соответствующие разделы. Все рукописи имеют аналогичное строение, хотя могут разниться между собой редакцией, числом и порядкам включаемых в них стихов.

 


      К традиции дадупантх относится и известное собрание "Кабир грантхавали", представляющее собой, как это показал на основе тщательного сопоставления Парасантх Тивари [67, 12, 55], соответствующую часть "Панч-вани". Особенности опубликованных в "Кабир грантхавали" произведений не выходят за рамки обычных расхождений между рукописными сборникам «Панч-вани».

 


      Вошедшее в научный обиход собрание рукописей восходит к XVIII - началу XIX в. Только две рукописи определялись как более раннее, но их датировка сомнительна. Первая из них - основная рукопись «Кабир грантхавали» (так называемая рукопись "Ка"), в колофоне которой в качестве даты переписки указан 1561 г. викр. (1505 г. н. э.). Однако колофон этот - явно позднейшая приписка. Как показывает приводимое Шьямсундаром Дасом фотографическое воспроизведение последней страницы рукописи [58, 9], колофон отличается от основного текста не только общим характером почерка, но также особенностями начертания некоторых буквенных сочетаний и орфографией ряда слов.

 


      Сомнения в подлинности сведений, сообщаемых колофоном, и правомерности выведенного из них Шьямсундаром Дасом залючения о том, что данная рукопись представляет собой прижизненный вариант собрания творений Кабира, высказываются почти всеми индийскими и европейскими исследователями, обращавшимися впоследствии к этому вопросу. Предлагая различные соображения по поводу возможной датировки рукописи, он соглашаются в том, что она принадлежит к числу старейших известных рукописей данной традиции, если не является действительно самой старой из них. Характерно, что по объему включенного материала она представляет наиболее распространенный тип рукописей (табл. 1), в частности, по составу и расположению стихов ей очень близка джайпурская рукопись 1831 г. викр. (1775 г. н. э.) [67, 56-57].

 


      Старейшей, известной в традиции дадупантх рукописью Парасантх Тивари считает рукопись из частной коллекции Пурохита Харинараяна (Джайпур), датированную 1715 г. викр. (1659 г. н. э.) [67, 87]. Колофон и здесь приписан другим почерком, но те сведения (к сожалению, неполные) о ее составе, которые дает Параснатх Тивари [67, 59-60], позволяют считать, что она представляет более старый но сравнению с рукописью "Ка" вариант сборника.

 


      Общее представление о составе известных рукописей рассматриваемой традиции может дать табл. 1 (3).

 


      Данные таблицы свидетельствуют о любопытной закономерности: объем ранних сборников обычно меньше, чем поздних. Исключение в этом ряду представляют две рукописи: № 4 - фиксирует возрастание числа сакхи и №3 - возрастание числа падов. Увеличение числа падов в рукописях № 6 и № 7 непоказательно, так как они не имеют точной датировки и их место в таблице определено условно. Оптимальный объем первого раздела - около 810 сакхи (точнее, от 807 до 812); только в рукописи №4 и в совсем поздних (с 1824 г. н. э.) объем начинает снижаться к 900 и даже превышает эту цифру. Объем второго раздела - 384 или 386 (387) падов; в более поздних рукописях он возрастает до 404 (401-407), и только три рукописи дают серьезные отклонения от этих цифр вверх (423-№ 3) и вниз (343-№ 1 и 324-№ 8). Правда, полного совпадения оптимальных цифр для сакхи и падов мы не наблюдаем - они сходятся здесь в семи случаях (из десяти возможных). Раздел рамайни наиболее стабилен.

 


      Следует иметь в виду, что при увеличении обьема поздних рукописей происходит не только простое добавление новых сакхи и пады, но и их частичная замена. Как показывает сопоставление, произведенное Параснатхом Тивари, рукописи одинакового объема тоже могут отчасти различаться составом и порядком cтихов. Однако в целом такие расхождения незначительны, и даже в самых очевидных случаях они затрагивают не более 10-15% входящего в сборник материала [67, 55-65].

 


      Входящие в сборник сакхи организованы тематически и распределены по соответствующим разделам, число которых обычно близко к шестидесяти (в издании "Кабир грантхавали" - 59). Перечень этих разделов не только дает более детальную картину состава сборника, но и позволяет составить некоторое представление о шкале духовных ценностей в понимании последователей Кабира.

 


      Описанное издание Шьямсундара Даса является единственной публикацией рукописей собрания Кабира в традиции дадупантх. Вышедшее впервые в 1928 г. и неоднократно переиздававшееся, оно послужило основой для всех дальнейших исследований данного сборника произведений Кабира. Благодаря этому собрание Кабира в традиции дадупантх получило обиходное название «Грантхавали», которое нашло широкое распространение. Все современное изучение наследия Кабира опирается, таким образом, на две рукописи коллекции "Нагари прачарини сабха". Единственный известный нам пример привлечения к исследованию и других рукописей дает критическое издание Парасантха Тивари.

 


      Публикации Шьямсундара Даса обязаны своим появлением последующие издания «Грантхавали» с переводом-толкованием на современном хинди [59]. На этой же публикации основывается выполненный Шарлоттой Водевиль французский перевод той части «Грантхавали», в которую вошли двустишия (сакхи) - первый перевод данного собрания на европейский язык [95,96].

 


      В 1982 г. выходит интереснейшее издание Шарлотты Водевиль [97], представляющее собой сведенные воедино из разных публикаций поэтические произведения Кабира. Издание "Кабир-вани" («Речения Кабира») снабжено небольшим предисловием и таблицами конкордаций (соответствий), а также списком изданий Института французской индологии. Прежде всего хотелось бы отметить фундаментальность и актуальность издания, Дело в том, что вплоть до настоящего времени в Индии не существует единого принципа текстологической работы, в связи с чем многочисленные публикации произведений средневековых авторов иногда не удовлетворяют требованиям, предъявляемым и подобным изданиям. Сказанное относится к публикациям не только Кабира, но и других авторов, таких, как Сур Дас, Мира Баи, Раскхан и др.

 


      Текстологическая работа осложняется неопределенностью датировки многочисленных рукописей и антологий, отсутствием авторской рецензии и неясностью степени аутентичности приписываемых автору строк. Даже наиболее полное издание, с обширным исследованием, предпринятое известным индийским текстологом и литературоведом Параснатхом Тивари в 1961 г., по мнению Ш. Водевиль, не достигло в полной мере целей реконструкции оригинального текста Кабира из-за методологических просчетов [97, 21-22].

 


      "Кабир-вани" Ш. Водевиль базируется на трех изданиях текстов, приписываемых Кабиру; в качестве основной единицы сравнения и сопоставлений фигурирует издание Параспатха Тивари, затем следует «Кабир Грантхавали», изданный Шьямсундаром Дасом, и, наконец, произведения Кабира из священнойсикхской книги «Адигрантх», или «Гуру грантх сахиб» (4). Все эти издания относятся к «западной» традиции, как ее называет Шарлотта Водевиль, поскольку в их основу положены рукописные рецензии, распространенные в Северо-Западной Индии, преимущественно в районах Раджастхана и Пенджаба. Именно в этих районах с XVI в. появились секты, так или иначе связанные с учением Кабира, такие, как дадупантх и ниранджани в Раджастане и сикхов в Пенджабе. Известно, что ткач Кабир считается в индийской традиции родоначальником ниргун-бхакти и связан с наиболее демократическим направлением этого религиозно-реформаторского движения (5).

 


      Помимо изданий и рукописей, относящихся к "западной" традиции, существуют и такие, которые Шарлотта Водевиль, относя к «восточной» традиции, не использует в своем издании. Одно из самых популярных изданий произведений Кабира, каким является публикация Тивари, включает в себя рассмотрение рукописей «восточной» традиции, в том числе знаменитого сборника «Биджак». Поскольку именно «Биджак» является наиболее чтимым произведением Кабира в секте кабирпантх, он привлек особое внимание западных миссионеров и индийских христиан. Представлялось, что ниргун-бхакти Кабира где-то сближается с христианским монотеизмом и соответственно могло быть использовано в миссионерской практике [121]. Именно это обстоятельство было причиной того, что первые переводы Кабнра на английский язык были сделаны в конце XIX в. с «Биджака» [112J. Начиная со 2-й половины XIX в. по семидесятые годы XX в. Параснатх Тивари насчитал свыше 30 публикаций (без учета переизданий) этого сборника. Наиболее употребительным и общепризнанным считается «Биджак», изданный в 1950 г. Хансдасом Шастри и Махавиром Щастри [55].

 

 

      В основе "Биджака" лежат понятия "семя", "зерно", "клад", что приверженцами сект Кабира толкуется как "клад сокровищ истины", "зерно учения" и т. д. Запись "Биджака" приписывается ученику Кабира по имени Бхагван Дас, который со слов учителя сам стал проповедовать его учение. Сборник "Биджак" не имеел критического издания, удовлетворительного с научной точки зрения. Шарлотта Водевиль не включила "Биджак" в издание "Кабир-вани", поскольку он был отнесен составителем к "восточной рецензии". Однако в конечном списке соответствий этот сборник соотнесен с "Кабир грантхавали" и "Адигрантхом" [97, 452-9].

 


      Публикация текстов Кабира делится на три части в соответствии с поэтической формой стиха. В первой части помещены так называемые сакхи Кабира, встречающиеся в издании Шьямсундара Даса, Тивари и в "Адигрантхе". Сакхи-двустишия могут объединяться с другими, по теме схожими, стихами. Так, например, в "Кабир грантхавали" Тивари таких разделов насчитывается 59; сюда входят такие, как "Раздел о гуру", "Раздел о лююбви", "Раздел о жизни", "Раздел о рождении", "Раздел об истине", "Раздел о размышлении" и т. д. Причем в рукописях и разных изданиях под одним тематическим названием может объединяться разное количество двустиший-сакхи, и строки этих двустиший могут также различаться. Так, "Раздел о любви" в издании Тивари будет значиться под номером 12, а у Шьямсундара Даса - под номером 6, не говоря уже о том, что в издании Тивари на два сакхи больше.

 


      Внутри этого тематического раздела порядок сакхи в разных редакциях также изменен, однако первая строка одинакова: "Кабир хари рас йон пийа, баки рахи на тхаки" - "Кабир выпил столько амриты любви к Хари, но не устал". Однако далее в этом разделе идут разные варианты не только порядка сакхи, но и порядка слов внутри них [97, 420-39]. Так, в КГ1 (7) заключительное двустишие: "Сабей pacaйан мэн кийа" - "Я упивался всеми чувствами» имеет в КГ2 другую вариантную форму при общем сохранении смысла, однако стоит в этом разделе не как последнее, а как второе. Совершенно очевидно, что название раздела связано с его первой строкой, где присутствует ключевое к данному разделу слово "раса", и именно это слово обыгрывается затем с позиций бхакти, повторяясь в самых разных формах и сочетаниях (8).

 


      Однако и в других разделах эти принципы названия раздела не будут выдержаны. Например, первый раздел, открывающий обе публикации КГ1 и КГ2, будет иметь лишь немного различающиеся названия: "Сатгуру махима кау анг" (КГ2) и "Гуру-дэв кау анг" (КГ1), т. е. "О Божественном гуру", но первая строка и первый сакхи будут разниться в обоих изданиях "Кабир грантхавали" и в разных рецензиях. Создается впечатление, что объединение сакхи в разделы, порядок их внутри раздела, наконец, порядок слов и форм внутри сакхи носят довольно свободный характер.

 


      Второй раздел публикации Шарлотты Водевиль составляют так называемые пады. Под падами Кабира (соответствующими, по мнению Водевиль, шлокам в "Адигрантхе") подразумеваются сравнителыю небольшие лирические гимны - стихотворения Кабира, редко превышающие четыре-пять строф. Стихотворная форма пад являлась наиболее распространенной в поэзии бхакти. Так, "Океан поэзии" Сур Даса - это очень большой сборник падов, имеющий определенную композиционную структуру лишь в главе о Кришне [36].

 


      Следует отметить, что пады Кабира - типичные образцы философской лирики бхакти. Примером может служить цикл падов, озаглавленных в КГ2 "прем" - любовь, посвященный бхакти - любви к Богу. Он открывается падом "Дулхини гаваху манглачар" - "Пою благословение невесте" [97, 118; 225]. В ней речь идет о душе Кабира, любящей Бога, как невеста жениха и ожидающей соединения с ним в браке. Подобная аллегори "душа-невеста, Бог-Супруг" была распространена во многих религиях. В бхакти отношение к Богу как к возлюбленному считалось высшей ступенью поклонения и называлось "мадхурья бхав", т. е. любовное чувство женщины к возлюбленному (9). Известно, что знаменитый проповедник и основатель вишнуитского бхакти Чайтанья, современник Кабира, практиковал именно ее стояние "мадхурьябхав". Опьяненный любовью к Раме, Кабир использует характерные для любовной лирики образы типа "Ты сеть, а я рыба, ею пойманная", "Ты клетка - я птица", но завершает раздел двустишие в духе бхакти - "Ты - истинный гуру, я - твой ученик". Деление на тематические разделы для падов в разных изданиях и рукописных рецензиях нехарактерно. Однако в КГ2 такие разделы есть, например: прем ("любовь"), садху махима ("величие садху"), парачай ("знакомство) (10), майя (11), каруна винати ("моление о сострадании"), Кал ("время", Рам-ниргуна, Сатгуру махима ("величие божественного гуру") и др. Большинство падов этих разделов имеются и в КГ1, и в "Адигрантхе".

 


      Наименьшую, третью, часть издания Ш. Водевиль составляют так называемые рамайпи Кабира. Рамайни - более крупная по сравнению с сакхи и падами форма стихотворений Кабира. Обычно рамайни содержит от двух до двенадцати строф и и одной рамайни может быть несколько чаупаи (четверостиший) и дох (двустиший). Некоторые рамайни состоят из ста лишним строк и представляют собой небольшую поэму. Эта форма не встречается в "Адигрантхе", зато имеется в "Биджаке" (84 рамайни).

 


      Сравнение трех приводимых Ш. Водевиль изданий КГ1, КГ2 и "Адигрантха" позволило ей сделать предварительный вывод о первоначальном составе поэтического наследия Кабира в "западной традиции". При дальнейшей работе с таблицей взаимо-перекрестных сопоставлений может быть составлен корпус из наиболее часто встречающихся падов, сакхи и рамайни Кабира. Последняя таблица соответствий включает соотношения КГ2, "Адигрантха" и "Биджака", что существенно дополняет наше представление о взаимосвязях западных и восточных рецензий. И конечном итоге Ш. Водевиль не учитывает сравнений с КГ1 (т. е. изданием "Кабир грантхавали" Шьямсундара Даса), пришивая его включенным в КГ2 (т. е. издание Тивари).

 


      Во второй том "Кабир-вани", по словам Ш. Водевиль, будут добавлены сопоставления и соответствия переводов Кабира на английский язык и таблица соответствий между падами и рамайни. Во втором томе Ш. Водевиль намерена также представить аннотированный перевод 165 падов из 200 (из КГ2), при этом будут учитываться соображения аутентичности и будет дана тематическая классификация. Несомненно, изданием этого тома, вкупе с рассмотренным здесь, с учетом переводов Кабира им английский язык в 1974 г. Ш. Водевиль в известной степени завершит многолетнюю исследовательскую работу.

 


      В заключение хотелось бы высказать еще несколько соображений. Подход Ш. Водевиль к исследованию творчества Кабира, учитывающий необходимость систематизации, классификации и обобщения опыта работы с рукописными рецензиями и изданиями индийских ученых, представляется совершенно справедливым. Даже критикуя индийских литературоведов и текстологов за нечеткую методологию, мы в конечном итоге пользуемся плодами их трудов. Выявление первоначального состава творческого наследия таких индийских поэтов, как Кабир, Сур Час, Мира Баи и других, связано с трудностями, вряд ли до конца разрешимыми. Этому препятствует ряд факторов, среди них отсутствие прижизненных авторских рукописей (12), существование множества произведений, приписываемых этим авторам в системе разных традиций, разных сект, сфер бытования и т. п. Причем в этом безбрежном море текстов отмечается нечто щее - чем дальше отстоит время написания рукописи от времени жизни автора, тем более ее объем (13). Сложность решения данной проблемы усугубляется тем, что сочинения поэтов-бхактов во многом и сейчас сохранились в "живом бытовании", в естественной свяязи со сферой культуры и быта.

 


      Поэзия Кабира, как и Сура Даса, функционирует в Индии на разных уровнях: во-первых, как поэзия сакральная, которая исполняется (поется) во время богослужений; во-вторых, как поэзия народная, которая выступает в роли народной песни, и, наконец, в-третьих, как собственно поэзия, изучаемая в школах, колледжах и университетах. В процессе длительного исторического функционирования поэзия бхакти лишь со второй половины XIX в., времени просветительства, стала изучаться в Индии с научных позиций. Что касается неоднозначности взаимодействия поэзии Кабира с сознанием и оценкой людей различных эпох, то это представляется закономерным явлением в процессе осмысления и переосмысления лучшего из культурного наследия прошлого. С течением времени все яснее становится роль Кабира в системе культурных общечеловеческих ценностей.

 

 

 

      Примечания

 

 

 

      (1) Имеется в виду упомянутая выше работа Парасантха Тивари [67, 30].

      (2) термин "традиция" мы вынуждены употреблять в двух значениях: в широком - при противопоставлении устного и писменного способов передачи творений Кабира ("устная традиция", "писменная традиция") и в более узком, в основном для различения религиозно-сектантских течений и школ, канонизировавших и писменно фиксировавших ту или иную часть наследия Кабира ("традиция кабирпантх", "сикхская традиция" и др., см. ниже).

      (3) Составлена по описаниям, сообщаемым Парасантхом Тивари, Парашурамом Чатурведи, и изданию Шьямсундара Даса.

      (4) Текст "Адигрантх" после его завершения гуру Арджуной в 1604 г. был канонизирован и во всех публикациях остается неизменным.

      (5) В настоящее время в Индии продолжают существовать секты ниргун-бхакти кабировского толка, например кабирпантх (в Бенаресе и Раджастхане), дадупантх в Раджастхане и др.

      (6) У кабира есть слово "раса" (rasa), которое имеет много значений в зависимости от контекста ("любовь", "сок", напиток бессмертия - "амрита", "нектар", "эмоция" и т.д.). Очень важно подчеркнуть вариантность данного термина у Кабира. "Раса", взятая из санскритской поэтики, в поэзии бхакти приобретает особое значение (см. [50;67;68;82;96]).

      (7) КГ1 и КГ2 - сокращенные наименования изданий Шьямсундара Даса и Парасантха Тивари [36].

      (8) См. примеч. 6.

      (9) В соответствии с "Нарада бхакти сутрой" Шандильи бхакти - любовь к Богу для бхакта (приверженца учения) обретает разные формы: низшая ступень поклонения-любви - это любовь к Богу как к господину, затем приязнь товарища к другу, потом чувство любви матери к ребенку и наивысшая ступень - это отношение к Богу как к возлюбленному см. [54, 75 и др.].

      (10) Имеется в виду знакомство с учением бхакти.

      (11) Майя, или иллюзия - философско-религиозное понятие, в соответствии с которым земной мир представляется лишь иллюзией (см. также Комментарий).

      (12) Обычно самые "ранние" рецензии, обнаруженные в настоящее время, отстоят от 70-80 лет от условных дат жизни поэта. Так, например, считающаяся самой старой рукопись Кабира под названием "К" (по Шьямсундару Дасу, датируемая началом XVI в.) теперь относится в XVII-XVIII вв. Самая ранняя рукопись Сура Даса датируется XVII В., Мира Баи - концом XVII в. и т.п.

      (13) Например, рукописи Сура Даса XVII в. содержат не более 500-8000 падов, а XIX в. - 3000; то же самое - и с текстами Мира Баи и Кабира.


 

   
International Yoga Day 21 June 2015
International Yoga Day 21 June 2015

 

 

 

 

 

 

 

 



Яндекс цитирования Rambler's Top100